Неделя 18-я по пятидесятнице. Святое Евангелие от Луки. О любви и милосердии.
Святой седьмого века, преподобный Исаак Сирин, говорит такую, казалось бы странную, парадоксальную вещь: «В любви Божьей нет больше или меньше, мы не должны думать, что Бог больше любит одних людей, а меньше других, например, что он больше любит праведников, а меньше любит грешников, и мы не должны думать, что отношения Бога к нам меняется из-за нашего поведения, например, что Он нас больше любит, когда мы делаем всё хорошо, и меньше любит, когда мы делаем все плохо, когда мы грешим». На самом деле, говорит преподобный Исаак Сирин: это не так. Бог любит каждого человека, и Он любит его всегда, он любит его, вне зависимости от того, как человек ведёт себя по отношению к Богу, даже если человек отрекается от Бога, даже если он не верит в Бога, Бог продолжает верить в человека, и Он продолжает его любить. И очень часто нашей проблемой бывает не то, что Бог где-то далеко, и Он нас не слышит. Бог всегда рядом, мы далеки от Бога, и мы поэтому не чувствуем Его присутствия. Об этом написано не только в книжках, которые мы читаем и изучаем, но я это могу подтвердить собственным многолетним служением в сане священника, своим опытом: я видел многих недостойных людей, которые приходили в церковь в очень растерзанном состоянии, людей, которые погрязли в грехах, которые не знали как выпутаться из какой-то сложной ситуации. И я видел, как постепенно менялась жизнь этих людей, как Бог начинал на них воздействовать, и я видел, что Бог ведёт человека, Бог любит человека, и даже человека, который совершил очень серьезные грехи, который совершил преступление, человека, который в тюрьме сидел за свои преступления, и такого человека Бог любит.
Что означает эта любовь для человека? Не всегда человек оказывается способным воспринять любовь, и вот Бог относится к нам, так же, как мать относится к своим детям. Если у матери, допустим, двое детей, она любит каждого из них, причём один из них может быть очень успешным, очень благополучным, очень послушным, а другой будет непослушным, безуспешным, может быть, он какие-то совершает нехорошие поступки, или даже преступные деяния, но она всё равно будет его любить, потому что она мать, и вот эта материнская любовь, она никуда не уходит. Субъективно человек может от этой любви материнской страдать, потому что, например, когда ребёнок делает что-то плохое, когда он, например, свою маму обманул, или он у неё что-то украл, его совесть начинает мучить, он видит, как мама его любит, но он знает, что у него на сердце на душе грех, и эта материнская любовь становится для него источником мучения.
Вот как происходит с людьми, которые в аду мучаются, причём не только после своей смерти, они могут в аду находиться уже при жизни, любовь Божия равно изливается и на них, и на всех остальных, но для них субъективно этот опыт становится мучением. Я как-то разговаривал с мужчиной, который изменяет своей жене, и в некоторых случаях жена не знает, что муж ей изменяет, она продолжает его любить, и этот мужчина говорит, как тяжело ему испытывать на себе любовь жены, потому, что совесть его мучает, он не может ей сказать, что он ей изменяет, он не хочет ей этого сказать, он надеется сохранить брак, но совесть его мучает так сильно, именно потому, что она продолжает его любить, она его не осуждает. Тогда, можно понять, что не Бог наказывает нас за наши грехи, а мы сами себя за них наказываем.
Есть очень распространённая точка зрения, что согрешишь — Бог тебя накажет. Иногда родители, так детей начинают учить, и вкладывают в детское сознание, в общем-то, совершенно неправильный образ Бога, который только и смотрит, чтобы ты согрешил, и Он тут же бы тебя наказал. Бог, как говорит нам Священное Писание хочет, чтобы все спаслись и пришли в познание истины. Бог хочет, чтобы никто не грешил, когда мы избираем грех, это наш собственный человеческий выбор, это не воля Божья. Кстати, вот есть такая распространённая поговорка, и многие верующие ей охотно оперируют: на все воля Божья, говорят. На самом деле, это не так. Воля Божья не на всё, есть то, что соответствует воле Божьей, а есть то, что не соответствует, есть то, чего Бог хочет, а есть то, что Бог попускает, Он дает нам свободу, эта свобода предоставляется нам, для того, чтобы мы самостоятельно росли, для того, чтобы мы самостоятельно, на каждом этапе нашей жизни, выбирали добро, но мы часто выбираем зло, и что происходит в результате? В результате не Бог человека наказывает, а сам человек себя наказывает. И вот есть такие люди, которые уже в этой жизни, по сути, живут в аду, например, алкоголики, которые доводят себя до состояния белой горячки. Фактически мы своим жизненным выбором готовим свою будущую судьбу в вечности. И есть люди, которые уже на земле живут, как в раю, а есть люди, которые уже на земле живут, как в аду.
Мы общаемся с Богом в течение всей жизни по-разному. Мы молимся, иногда плачем, кричим, чего-то от Бога ждем, а иногда даже обижаемся на Него… И это общение продолжается в течение всей жизни. А настоящая встреча состоится в конце пути, когда мы встанем перед Ним в Его обителях, когда будем с Ним. Об этом говорит Священное Писание. Апостол Павел, в частности, пишет о том, «что сейчас мы видим как бы сквозь тусклое стекло» (1 Кор 13:12), а потом будем предстоять пред Ним и узнаем Бога так, как Он знает нас.
И вот в связи с этим есть такое сравнение. Представьте себе, что мы находимся в каком-то поезде и едем куда-то. Через окно мы видим самые разные вещи. Смотришь в окно и видишь горные цепи, снег, озера, вода, в которой отражаются горы, дома… Смотришь и любуешься. Но иногда видишь другие вещи. Например, когда поезд приближается к большому городу… Вы знаете, пригород любого большого города имеет всегда довольно убогий вид: какие-то брошенные склады, старые дома, грязь. Так ты смотришь — что-то тебе нравится, что-то — нет, и даже может быть совсем неприятно. Но поезд едет вперед, и то, что я вижу из окна, никак не влияет на это.
И потому самое глупое, что я могу сделать, когда что-то из увиденного мне не нравится, это выйти из поезда, потому что тогда я никогда никуда не доеду. Больше того, я останусь именно там, где мне все не нравится, и этот ужасный вид больше не будет меняться… Поэтому, каким бы некрасивым ни был ландшафт, который я вижу из окна, я должен все-таки остаться в поезде. Как вы, наверное, догадываетесь, поезд — это Церковь. Опираясь на таинства, Евангелие, она ведет нас к спасению. Пока я остаюсь в ней, я знаю, что все-таки, рано или поздно, до конечной точки доеду. Но ситуация может оказаться более сложной. Вдруг мне не нравится не только то, что я вижу из окна, а, допустим, и мои попутчики совсем мне не по нраву. Кто-то вызывающе себя ведет, кто-то громко разговаривает или слушает музыку на всю катушку, кто-то снял ботинки, и у него, простите, воняют ноги, или что-нибудь в этом роде. Но, опять, если я выйду, я не доеду. Вот они, мои неприятные спутники, доедут, как ни обидно, а я — нет!
Поэтому как в первом случае, так и во втором надо остаться в поезде. Но в нашем путешествии может возникнуть еще одно препятствие. Бывают внешние препятствия — как вид из окна нашего поезда. Бывают внутренние искушения внутри самой Церкви — наши попутчики. А иногда препятствие и проблема может быть во мне.
И вот одно дело — смириться с внешними обстоятельствами, или терпеть неприятных братьев и сестер, и совсем другое — когда я себе не нравлюсь, когда я недоволен собой. Иногда из-за этого бывает так трудно… Принять себя может оказаться куда труднее, чем принять неприятных людей или трудные обстоятельства! Становится настолько тяжело, что хочется остановиться. Но не выйду же я из себя… Бывает, что наши грехи и поражения приводят в такое уныние, что мы теряем надежду на спасение. Но каким бы я ни был плохим, если останусь в поезде, точно доеду до пункта назначения. Что бы ни случилось с нашим поездом, какие бы он ни проезжал области, какими бы ни были пассажиры, в том числе и я, — он идет вперед, и в нем надо остаться. И принять все: и красивое, и убогое, и попутчиков, и самого себя.
Если останусь в поезде — доеду, и это в конечном счете единственное, что для меня по-настоящему важно. Вопросы, которые должны меня волновать, — совсем другие. Опытный ли машинист ведет поезд и в правильном ли направлении? Но на эти вопросы у нас ответ есть, потому что машинист бывает только один — Сам Господь, и Он точно знает дорогу. Аминь.
Протоиерей Димитрий Кирьян
12.10.2025 г.
(63)
